— Он замолчал после смерти Майлза Дэвиса, — поясняет Джек.

В упавшую откуда-то картонную чашку изливается горячий ручеек.

— Нашли Дезире? — Его газета отстала от жизни. На первой странице сообщается о ракетном ударе США по Ливии.

— Да, спасибо.

— Так вы влюблены. Я не ошибаюсь?

— Да, вроде того.

— Конечно, влюблен. У вас это на лице написано. — Он медленно и аккуратно складывает газету, так что любой желающий еще может узнать о начавшейся охоте на Каддафи.

— Это прекрасно. Каждый раз как первый. С этим ничто не сравнится.

— Точно.

— А токи? — Тот же покровительственный тон, ровный метроном-голос. — Не опасно? Или всего лишь неудобство?

Кофе отдает вкусом вскипяченной в выброшенной покрышке воды.

— Что там, за стенами, можно понять, только когда услышишь. Мили проводов, и все гудит от тока. Силовые линии, трансформаторы, радиоволны, микроволны, радары. У вас нет металлических пломб?

— Не знаю, не проверял.

— Будьте бдительны, а то эти сигналы могут ведь раскодироваться прямо в ушах. Начнете слышать телефонные разговоры, ток-шоу и прочую болтовню, а выключить не сможете. Станете богом — всемогущим и одновременно сумасшедшим. От такой любви недолго и рехнуться.

— Я буду осторожен.

— Осторожность для туристов. Вы уже зашли слишком далеко. Сами ведь сказали, что влюблены.

— Ладно, сделаю тюбетейку из фольги. Скажете размер головы, я и вам одну подброшу. Поможет?

— Нет, не поможет. Как не помогут ни ваш сарказм, ни неучтивость.

— Мне надо идти.

— Я всего лишь пытаюсь помочь, 621. Все, что еще не вспомнили, вы забыли не просто так, а по какой-то причине. Избавьтесь от нее. Сердечная боль ничто по сравнению с шумом в голове. Только не тяните, сделайте это сейчас.

Уже у дверей меня догоняет его крик:

— Кроме меня, у вас друзей нет.