? Имя, звание? - сказал офицер.

'Хорошо, скотина шпарит, почти без акцента... Из прибалтийских, что ли?'

- Имя, звание? - повторил немец.

Пленный криво улыбнулся:

- Документы перед тобой. Зачем спрашиваешь?

Офицер поднял голову и поморщился:

- Имя? Звание?

'Вот заладил...' - подумал пленный.

- Тарасов. Николай Ефимович. Подполковник.

Офицер кивнул и зачеркал чернильной ручкой по бумаге.

- Должность?

- Командир первой мобильной воздушно-десантной бригады.

Тарасов улыбнулся краешком рта.

Офицер положил ручку:

- Лейтенант Юрген фон Вальдерзее. Я буду вести допрос. И в ваших интересах не молчать, а говорить. Вы согласны?

'А фразы-то не по-русски строит...' - Тарасов снова едва улыбнулся. - 'Ну, черт немецкий... Хочешь, значит, информацию получить? Будет тебе, тонконогий, информация...'

- Родился в Челябинской области. Девятого мая. Четвертого года.

- Значит, вам скоро будет сорок два?

- Вряд ли. Я не доживу до сорока двух.

- Почему? - удивился лейтенант. - Война для вас закончена. Вы в плену. - Война для меня никогда не закончится, - ответил Тарасов.

Лейтенант опять удивился, но сказать ничего не успел, потому что подполковник Тарасов резко побледнел и, закрыв глаза, повалился на левый бок. Лейтенант вскочил и заорал на немецком:

- Der Artz! Schnell! Schnell!!

Но Тарасов пришел в себя и диким усилием воли заставил себя выпрямиться.

- Не ори! - почти шепотом сказал подполковник.

Фон Вальдерзее его не услышал. В избу ввалился караул. Лейтенант что-то рявкнул им. Что - Тарасов не понял. Звуки перемешивались в затуманенном сознании. Немец то двоился, то троился в глазах. Подполковник старался держаться прямо. Ему казалось - что это удается. Он не замечал, как качается на грубо сколоченной табуретке. Из стороны в сторону. Он старался держаться. И Тарасов держался. Хотя со стороны, кому-то показалось бы смешным - пьяный мужик сидит и качается из стороны в сторону...