-В каком году вас арестовали? - спросил фон Вальдерзее.

-Летом тридцать седьмого.

-А какова причина?

-На Дальнем востоке я был адъютантом командующею байкальской группой Дальневосточной армии у полковника Горбачева. Горбачев же до этого работал в военной миссии в Германии. Руководителем ее был соратник Тухачевского Путна.

Немец прошелся по комнате, разминая затекшие мышцы. Подошел к окну. Посмотрел на улицу. И задал неожиданный вопрос:

-Как вы считаете, заговор Тухачевского действительно был? Или это параноидальные страхи Сталина?

Тарасов удивился:

-Лично я не знаю. Тогда я был всего лишь майором.

-Но ведь вы были адъютантом, и какая-то информация до вас все же доходила?

-Герр обер-лейтенант, Вы плохо себе представляете нашу жизнь...

Тарасов вдруг задергал щекой.

А лейтенант вдруг наклонился над старым столом.

-Не понимаю вас, господин Тарасов.

-И не поймете, герр обер-лейтенант...

-Нихт ферштеен...

Тарасов грустно посмотрел на Вальдерзее. Шмыгнул. Потер спадающую на левую бровь повязку...

**

-А как ты думаешь? Это моя страна! Понимаешь? Ленин, Сталин, Троцкий, даже Николашка! Причем тут эти говнюки, а?

Николай так шарахнул по столу стаканом, что кот сбрызнул с кухни в комнату.

-Коль, ты не горячись так. Ты майор?

-Майор. Что это меняет?

-Все, Коля, все меняет, - полковник Горбачев махом кинул в себя полстакана кваса, запивая горький водочный вкус, горько осевший на корне языка. - Ты - майор. Ты старший. Так это с латыни переводится?

-Так. Дальше-то что?

-Под тобой десятки. Нет. Сотни бойцов. Значит что?

-Что? - пьяно покачиваясь на табуретке, спросил Тарасов.

-Что ты не один. Понимаешь? - хлопнул его по плечу Горбачев.

-Нет, - качнулся Николай.