Позднее случайно узнал я, что официальным отцом основателем фирмы числится абсолютно разваленный колхоз, у которого давным-давно за душой копейки нет. Одним словом - фирма .

Но ведь "вкладывает" в сельское хозяйство. Уже владеет колхозами. Да и одна ли она такая. Думаю, что не одна. Вот он - еще один путь.

Что же нужно сегодня нашему селу? Новые деньги: кредиты, инвестиции, транши, товарные кредиты? Без этого не обойтись. Колхозный тришкин кафтан один на всех. Под этим кафтаном и напрочь разваленный колхоз имени Дзержинского, и его сосед - имени Ленина, - который работает за весь район, работает достаточно рентабельно и эффективно. Все вместе они - "черная дыра", и этот тришкин кафтан необходимо латать постоянно: сев, косьба, молотьба, пахота... Заплаты на этот кафтан начали лепить не вчера и не сегодня, а с первого дня, как его силком натянули на крестьянские плечи. Колхозная история долгба, ей уж семьдесят лет. За эти годы сам колхозник никогда не был богатым, недаром его, словно крепостного, приковывали к земле, чтобы не убежал.

Повторю давным-давно слышанное от Елены Федотьевны Макеевой, за плечами которой своя долгая колхозная жизнь и память отцов и дедов, работавших на земле:

- Крестьянская жизнь, сынок, - тяжельше нет.

Крестьянская Россия своим крепостным трудом осилила "индустриализацию", выиграла войну, а потом "подняла страну из руин", а сама лишь в конце 50-х наелась "чистого хлебушка".

Государство, вспомнив свои долги перед крестьянином, начало "вкладывать деньги" в село. Появилось новое жилье, асфальтированные дороги, удобрения, техника. Люди стали жить заметно лучше. В 10-й и 11-й пятилетках сельское хозяйство страны получило 416 миллиардов рублей. К сожалению, вложенные деньги "не сработали". По данным нашего волгоградского ЮжНИИгипрозема, средняя урожайность зерновых и зернобобовых культур по области так и не поднялась выше 11,8 центнера с гектара. А в период "интенсивных вложений" (1980 - 1986 годов) урожайность даже снизилась до 9,9 центнера.