— Вы поедете с ним. Здесь, рядом со мной.

Хуан подъехал ближе и придерживал лошадь, пока Эдж не устроился позади него.

Эль Матадор поднял руку, и вся банда не спеша направилась на юг. Один из всадников принялся беззаботно насвистывать. Эдж ехал, обхватив руками сидящего впереди него Хуана и старательно отворачивал голову в сторону, чтобы не ощущать исходящего от него скверного запаха.

— Где вы научились нашему языку? — внезапно спросил Эль Матадор после того, как они проехали некоторое расстояние.

— От своего отца, — ответил Эдж, досадуя, что вопрос главаря прервал ход его мыслей. Все это время он наблюдал за Эль Матадором, за тем, как тот небрежно держал в руке мушкет, за свободно болтавшимся в кобуре револьвером. Его план строился на том, чтобы перерезать горло Хуану, схватить кольт и мушкетон и прикончить их владельца, а при случае, прежде чем пасть под градом пуль, и еще парочку бандитов. Разумеется, при этом у него не оставалось никаких шансов уцелеть, но зато его жизнь не пропадала даром. В конце концов, Эдж решил набраться терпения и подождать до конца. При любом раскладе событий один из бандитов умрет. Это он знал точно.

— Вы говорите довольно хорошо, — продолжал Эль Матадор дружеским тоном, обещавшим хорошую беседу. — Ваш отец был хорошим учителем, сеньор.

— Это его родной язык, — ответил Эдж. Эль Матадор внимательно посмотрел на него, потом кивнул.

— С виду вы похожи на мексиканца, сеньор. Как ваше имя?

— Все называют меня Эдж.

— Ваш отец был мексиканцем? Эдж молча кивнул.

— А ваша мать?

— Нет.

— У вас не мексиканское имя.

— Это очень долгая история.

Эль Матадор кивнул и, вскинув руку, поднялся на стременах. По его знаку отряд остановился у высохшего ручья, пересекавшего в этом месте тропу.

— Мне очень жаль, сеньор, что у вас нет времени, чтобы рассказать нам об этом, — промолвил Эль Матадор, оглядываясь через плечо назад.