– Невский, слушай.– Она хотела назвать его по имени, чтобы получилось повежливей, но язык не послушался. Она вообще никогда не обращалась к нему, а уж по имени и подавно. Но отступать она не привыкла и продолжала настойчивей: – Мне помощь твоя нужна. Хорошо, что я хоть кого-то нашла...

Просьба получилась не очень. Хамская какая-то. «Хоть кого-то...» Здорово придумала. Она испугалась, что он сейчас скажет, что ему некогда и, вообще, не до нее.

Но он смотрел на нее сосредоточенно и ждал, когда в ее словах появится какой-то смысл. Ему казалось, что пока смысл отсутствовал напрочь. Или это у них всегда так, у девчонок?

– Чего случилось-то, Вихорева? Можешь сказать нормально? – У него были вполне вменяемые интонации. И даже легкое раздражение в его голосе ее почему-то успокоило. Ей-то всегда казалось, что он немного того, с приветом.

– В общем,– она тщательно подбирала дозу правды,– можешь меня проводить? Тут такая история... У меня дома никого нет. Ну а я... Просто в подъезде нашем вчера на человека напали.– И добавила для убедительности: – Мне одной страшно идти. Честно.

Он секунду смотрел на нее, осознавая полученную информацию. Она занервничала: сейчас он скажет, что ему надо спешить. Но он равнодушно пожал плечами. Поднял воротник своего коричневого пальтишка и сказал:

– Ну ладно. Пошли...– И после небольшой паузы спросил: – Далеко живешь-то?

– Да здесь недалеко. За Тавриком в двух шагах. Пошли.

Он шел обычным своим широким шагом. Она старалась не отставать и вообще выбросить из головы всякие мысли о неудобстве и о том, что раз она его попросила, то, значит, должна заполнять паузу каким-то разговором. О чем с ним вообще можно говорить?

Но так и не преуспев в поиске возможных общих тем, она успокоилась. Пани не должна терзаться сомнениями, учила ее бабушка, когда рядом с ней молодой человек. Это пусть он ими терзается. И она перестала переживать на эту тему. Для переживаний у нее была причина позначительней – мелькнувшая в толпе вязаная шапочка. Она думала об этой мерзкой шапочке, шла и помахивала своим пухлым вишневым портфелем.