Разгледяев уходит.

Елена. Спасибо вам, Анатолий, видите, как все быстро окончилось.

Анатолий. А я-то тут причем?

Елена. Вы? Анатолий, давайте на "ты", а?

Анатолий. Я, собственно, никогда не возражал.

Елена. Давайте выпьем.

Анатолий, спохватившись, разливает.

Елена. Итак, сейчас я произнесу тост, даже не тост, а тронную речь. Ваша фамилия?

Анатолий. Ермолаев.

Елена. Ах, черт, Ермолаев, Разгледяев, - ну ничего, не в фамилии дело. Так вот, слушайте внимательно и ничему не удивляйтесь. Анатолий Ермолаев, двадцати четырех лет от роду. Сейчас наступит, быть может, самый важный момент в вашей жизни, сейчас - через несколько минут - вы прикоснетесь к одной из самых страшных тайн, какие существовали когда-либо на Земле. Вы еще можете отказаться, потому что человек посвященный становится хранителем этой тайны без всяких клятв и прочих предварительных условий и тем самым берет на себя великую ответственность. Вы согласны?

Анатолий (подыгрывает). Согласен.

Елена (встает и поднимает вверх руку, говорит серьезно). Я, Елена, по закону Разгледяева, а по существу ничья, являюсь хранительницей совершенно секретного списка членов самого тайного из тайных обществ, основанного в те незапамятные времена, когда еще не только никаких обществ не было, но не было даже общин; в те глупые смешные времена, когда Земля вращалась в полтора раза быстрее, а быть может, и еще раньше, когда растения были деревьями, насекомые птицами, а животные людьми. Или еще раньше, когда Вселенная не знала, что она Вселенная, а пространство и время не знали, что они пространство и время; когда не существовало борьбы противоположностей, а было естественное с натуральными законами вещество.