Трусость одного часто приводила к гибели или тяжёлому увечью других, к охотничьим неудачам, от которых страдало всё племя, поэтому ланны считали, что убить виновного мало, лёгкая, бесславная смерть не искупала вины. Трус отправлялся на ночную охоту с заданием убить волка. Убьёт — вина прощается. Не убьёт — отправляется снова, но во вторую ночь он должен был уничтожить двух волков, цена прощения повышалась с каждой потерянной ночью на одного хищника. Применялась и более мягкая форума приговора: трус шёл на охоту вместе со всеми, но первым бросался на тура, лося или кабана, преследовал и добивал раненых животных.

К волкам ланны относились с особой враждебностью. Эти быстрые, как тени, ненасытные звери уничтожали множество всяких животных, обездоливая племя; часто их добычей становились собаки. Убить волка считалось удачей, счастливцу вручалось почётное копьё с раскрашенным древком — единственный знак доблести у ланнов. Вожди почётным оружием не награждались — постоянное проявление высшей доблести было их обязанностью. Волчьи стаи хозяйничали на равнине, и если бы не огонь, людям пришлось бы вечно топтаться возле своих пещер.

Добыча племени у всех была на виду: сыты ли ланны или голодали — все вместе. Они и не представляли, себе другого порядка. А Свирк захотел быть сытым, когда другие голодали. Один человек приносил вместо пользы вред всему племени, каждому ланну. Такую вину, решил Чал, искупить невозможно. Вот под шкурами здесь лежит много мяса. И даже собаки понимают, что оно неприкосновенно. Туры не позволят жить в своём стаде тигру, потому что он уничтожит, съест их всех. Так и Свирк может однажды погубить всё племя. Теперь ясно, почему он оставался в пещерах, когда мог идти к Зелёному Озеру, на весёлый простор — боялся, что обнаружат его дыру…