- На какую лошадь она столько просадила?

Джо рассмеялся:

- Вы помните четырехлетку Билли Моргана? Она бежала в прошлом году на скачках в Панчестауне.

- Боже! - простонал Бенджи. - Ее, видать, до сих пор ждут на финише. Джо, я буду выплачивать частями. И не давайте ей больше в кредит.

В банке он рухнул в кресло. И когда по проходу поплыли ножки Анджелы в черных нейлоновых чулках со швом, ровным и выпуклым, как обводка яхты, Бенджи почувствовал, что у него сейчас будет второе прободение язвы. Он уже дважды видел сегодня, как Анджела напропалую кокетничает с кассиром из соседнего окошка, и у него так закружилась голова, что пришлось вцепиться в край стола.

Дома за ужином царило молчание, мертвое, как пластинка на выключенном проигрывателе. Но как только они пересели к камину, Бенджи решился.

- Мамочка, - начал он, словно на ринге, легким выпадом левой, прикрываясь правой от ответного удара, - ты очень огорчишься, если я женюсь?

Она радостно повернулась к нему:

- Бенджи! Какая приятная новость! Кто эта счастливица?

- Одна моя знакомая из банка, - сказал Бенджи, нападая теперь правой и прикрываясь от нокаута левой. - Ее зовут Анджела.

Мать схватила и поцеловала его руки.

- Деточка, я в восторге! Когда свадьба?

Бенджи ошалел.

- Похоже, ты мечтаешь от меня избавиться.

- Что ты, Бенджи, миленький. Нет конечно. - И она захлюпала носом. Просто ты все время на меня злишься. Вот уже шесть месяцев. Ничем тебе не угодишь.

- Злюсь? - зарычал он. - Злюсь? Может, я ослышался? Разве я злился из-за бренди? Или из-за счета от бакалейщика? А от мясника? Не говоря уже о ста двадцати пяти фунтах семнадцати шиллингах и шести пенсах, которые ты задолжала Джо Розенбергу.

Мать в ужасе смотрела на него, съежившись и сжав маленькие сухие ручки.