– Что сейчас делают дети?

– Который час?… – Мужчина смотрит на ручные часы и задумывается. – Сейчас они, вооружившись, охотятся.

Женщина смеется и, откинувшись на спинку стула, поправляет волосы. Потом, пораженная неуютностью комнаты, говорит:

– Вы действительно совсем, совсем одиноки.

Мужчина оценивающе смотрит на женщину – ее участие вызывает у него теплое чувство.

– Откровенно говоря, я бы но хотел снова возвращаться к картотеке брачной конторы. Дети, между прочим, очень ловко охотятся.

– Какая же сегодня добыча – большая, маленькая?

– Огромный динозавр – это определенно.

– А дракон-оборотень их не удивит?

– Я много рассказывал им о вас.

– Я тоже буду послушным ребенком.

Женщина поднимает чашку чаю на уровень глаз, будто хочет чокнуться, то же делает и мужчина, но в их движениях все еще чувствуется некоторая скованность. Может быть, оттого, что беззаботное веселье не соответствует их возрасту.

– Но мои дети ужасно впечатлительные и поэтому…

– Разумеется, – быстро соглашается женщина. – Сегодня я зашла на минутку… И уже собираюсь откланяться… Все должно идти своим чередом… Чтобы подготовиться к встрече со мной, детям потребуется время.

– Нет, давайте лучше спросим самих детей. Если они ответят, что времени им но потребуется, то нет нужды зря тянуть.

– Да, конечно. – Женщина покраснела так, что на глаза навернулись слезы. – Ну что ж, спросите их. Если они проголодались, я могу приготовить еду.

– Нет, есть им еще рано.

– Что же я должна делать?…

Женщина покраснела еще сильнее, но мужчина, казалось, не обратил на это никакого внимания. И, наклонившись к чашке и громко прихлебывая, сказал:

– Ладно, спросим их сейчас же… Вот только допьем чай и спросим…

И оба, точно птицы, уткнувшиеся в кормушку, сосредоточенно пьют чай.