Мысли у них были примерно одинаковые, и они это знали. Дом, который раньше был Ребеккин, теперь станет домом Джерарда — это, можно считать, решено. Ребекка, поскольку отец ее здесь, будет приезжать по выходным, но уже без жалких материнских театральных историй, и Джерард уже не станет рассказывать ей всякую всячину про сожительницу отца. Непринужденная дружба, позволявшая им пить коктейли и расписываться в журнале постояльцев «Гран-паласа», выпала им случайно — временный дар чужих отношений. Естественным их состоянием была беспомощность.

Перевод Леонида Мотылева.