– Недосуг, – отмахивается дед. – Время ли теперь сказки сказывать! Ужо весна подойдет, на рыбалку по­едем, там хоть весь день рассказывай. А на рыбалку-то нам с тобой бы на Белое море! Раздолье!

Я помалкиваю, слушаю. Не хотел дед рассказывать, да забылся. А мне это и нужно.

– Мы бы с тобой далеко в море, как бывало, пошли. С поветерью да с парусом, на карбасе. Там ветер рас­солом морским обдаст, здоровья добавит – крепок ста­нешь, что кнехта

Хорошо слушать деда Максимыча!

Зимой по вечерам дед ходит зажигать фонари.

Уже совсем темно. Мы выходим на улицу. Опять подморозило.

– У-у… Звезд сколько! – удивляюсь я.

– Столько ли еще бывает, – равнодушно отвечает дед.

– Дедушко, а всего-навсего сколько звезд на небе? Тысяча будет?

– Поболе будет.

– Миллион?

– И миллиона поболе.

– А миллион миллионов будет?

– Должно, будет, не считал.

– А кто считал, дедушко?

– В академиях, говорят, считали.

Академия – это очень большой красивый дом. Лю­ди, живущие в этом доме, называются профессорами. Они все время считают, рисуют и учатся. Так говорит Костя Чижов. Дед Максимыч почему-то с недоверием относится к академии.

– У нас в Поморье и без академии по звездам курс прокладывали.

– Дедушко, а кто звезды выдумал? Бог?..

Ничего я не пойму! Мать говорит, что звезды выду­мал бог. Костя говорит, что звезды открыли профессора. Дед усмехается, но молчит. Он, конечно, знает, кто вы­думал звезды!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

СОЛОМБАЛА

Соломбала – остров. Мы – островитяне.

Это сказал Костя Чижов, но мы ему не поверили. В приходском училище нам говорили: остров есть часть суши, окруженная водой. Разве Соломбала со всех сто­рон окружена водой?

– Дай клятву! – потребовал Гриша Осокин. Он любил торжественность.

Костя произнес какие-то таинственные слова не пе­реводя дыхания, скороговоркой. Но ребята все равно не поверили.