«Шеридан, — произнес его внутренний голос, — будь я проклят, если ты не вставишь эту историю в свою новую пьесу!»

— Эй вы, невежда! — прохрипел поднявшийся на ноги юнец. — Я требую удовлетворения.

Молодой человек еще не полностью восстановил дыхание, так что его слова были произнесены почти шепотом.

— Эй! — донеслось с галерки. — А погромче можно? Ничего не слышно!

— Пойдем отсюда! — шепнул Джек Лиззи, изумленно смотревшей в сторону зала. — Пошли!

Ему удалось повернуть ее, и они даже сделали шаг к кулисам, но Тарлтон удержал Джека за руку.

— Сэр, может быть, вы меня не расслышали? У вас хватило дерзости встать между мною и моей возлюбленной, и за это вам придется ответить.

На сей раз сказанное расслышали в самых задних рядах. Зал загудел.

Джек подтолкнул Лиззи вперед, на шаг перед собой, а сам, обернувшись, перехватил руку Тарлтона у запястья и резко вывернул.

— Вы уже дважды коснулись меня, сэр. Не допустите ошибку, сделав это третий раз.

Зал ахнул.

Джек оттолкнул юнца прочь.

— Но мы не слышали вашего ответа, сэр. Осмелюсь напомнить, мой друг потребовал сатисфакции.

Эти слова были произнесены совсем негромко, но разнеслись по всему залу. Фон Шлабену не требовалось кричать, чтобы быть услышанным.

— Давай, сразись с ним! — заорал кто-то из ложи.

— Стыдитесь, сэр! — послышался другой голос.

Взгляд Джека скользнул по возбужденным зрителям и остановился на лице графа.

— Этот джентльмен не имел преимущественного права на чувства молодой леди. Она вольна выбирать, и выбор пал на меня. Это все. Я не намерен драться из-за обиды распетушившегося юнца.

— Браво! — крикнул кто-то. — Хорошо сказано!

Раздались аплодисменты.

— Может быть, вы не поняли, капитан? Мой юный друг требует удовлетворения за нанесенную обиду. Разве вы, королевский офицер, можете отказать ему?