Джек вдруг вспомнил, что не умеет плавать и его захлестнул новый приступ паники.

Чёрт!

Я же могу утонуть!

Если бы Джеку представилась возможность выбирать, какой смертью умереть, то последнее что бы он выбрал, это участь утопленника.

Он с ужасом представил, как захлёбывается в этом грязном бушующем потоке и, не ожидая от самого себя, вдруг зарыдал навзрыд, как маленький ребёнок.

Среди ураганного ветра, в полной темноте, укрываясь от потоков воды, он спотыкался, падал, полз на коленях, плакал и молился.

Джеку было не понятно, сколько он так прошёл и сколько ему ещё оставалось.

В голове всё смешалось.

Он равнодушно переставлял ноги, уже не закрывая лицо руками и не нащупывая дорогу впереди.

Он просто шёл, тупо брёл навстречу неизвестности, вяло вбивая себе в голову, что будь оно всё проклято!

И будь, что будет.

Наконец, Джек почувствовал, что дорога идёт в гору. А совсем скоро потоки воды остались позади.

Было видно, что он поднялся на холм, а блеснувшая молния высветила постройки на его вершине.

Это, наверное, какое-то ранчо, подумал Джек и, собрав последние силы, поплёлся к жилищу.

Доковыляв до ворот, Джек, что есть силы, заколотил в мокрые доски.

Остановился, прислушиваясь, но кроме завываний ветра и шума дождя ничего не услышал.

Он с новой силой застучал по шершавым доскам, отбивая себе кулаки, затем повернувшись спиной к воротам, принялся долбиться ногой.

Снова прислушался, но безрезультатно, за воротами ничего не происходило.

Походило на то, что ранчо было пустое, он отошёл немного в сторону и, дождавшись очередной молнии, сумел разглядеть вывеску на воротах.

На толстой доске искусным резчиком по дереву, в обрамлении хитрых завитушек, было вырезано следующее: « Братья Таболтоны и Ко»

Скорее всего, из-за приближающегося шторма фермеры, решили покинуть ранчо, и ничего страшного не случится, если Джек воспользуется их домом, чтобы переждать непогоду.