- Ну, как дела, наука? Что нового в нашем славном прошлом?
- В прошлом пока все по-старому, а как в настоящем? - улыбнулась Наташа.
- Письмо от мамки пришло.
- Ну?
- Растет, пишет. Компоту банку разбил, матом ругаться начал. - Из всех новостей Оксана всегда выделяла главное: про своего пятилетнего сына Вовку, которого растила одна, без мужа. - За мной, пишет, сильно скучает. Все спрашивает, когда мамка вернется… Сынуля мой…
- Мама здорова?
- Да ничего, слава Богу. Спина только побаливает, да давление иногда, а так ничего, бегает! Шо с ней сделается! Она у меня крепкая. А твоя бабуля как?
- Тоже давление скачет. На погоду, наверное…
- Да уж, погодка… Анекдот слыхала? Едут в поезде жид, хохол и москаль…
Не переставая рассказывать, Оксана вернулась в ларек, дала Наташе ватрушки и взяла деньги. Они посмеялись немного и расстались…
Наташа открыла дверь и крикнула с порога:
- Бабуля, привет! Как ты?
- Хорошо. Теперь уже совсем хорошо. Бабушка вышла ей навстречу. - А ты как, Натуся? Не замерзла?
- Немножко. Я ватрушек принесла. Сейчас чайку заварим… - Наташа пошла переодеться, а Екатерина Даниловна - на кухню, ставить чайник.
Они пили чай и вели обычный неторопливый, необязательный разговор о погоде, о Наташиной диссертации, о бабушкином здоровье. Точно такой же разговор был вчера. И позавчера. И…
- Кто-нибудь звонил? - спросила Наташа.
- Нет.
«Нет. Опять нет». Как и вчера, как и не делю назад, и месяц… Она никому не нужна. Просто она никому, кроме бабушки, на этом свете не нужна…
Отчаянье поднялось со дна души мутной волной, накатило, ударило в голову, и уже готовы были проступить слезы на глазах, но Наташа привычно собралась с силами, не давая себе расслабиться. Еще не хватало разреветься перед бабушкой! С ее-то давлением! «Стой! - сказала себе она. - Хватит!» Хватит ныть, изнурять жалостью к самой себе сердце. Сколько можно! Наташа не могла понять причин участившихся в последнее время приступов острого - до слез, до боли в груди - недовольства своею судьбой. Откуда это у нее? И с чего вдруг? Ведь тысячи и тысячи людей живут гораздо трудней, но не жалуются, не распускают нюни, как она. Взять хотя бы ту же Оксану…