– Нет, сэр.
– Если бы не ваше вмешательство, Бертрам Вустер отсидел бы тогда срок в местной кутузке. Кто может поручиться, что этот её пустячок не подвергнет меня той же опасности? Как бы мне хотелось от этого отвертеться, Дживс!
– Я вполне понимаю вас, сэр.
– Но я никак не могу, я вроде тех парней из «Лёгкой кавалерии»
– Очень отчётливо, сэр. «Дело их – не рассуждать, а идти и умирать».
– Вот именно. Пушки справа, пушки слева, грохот залпов и разрывов, а они должны мчаться в атаку, что бы там ни было. Уж я-то хорошо знаю, что они чувствовали, – заключил я мрачно, вдавливая педаль акселератора. Чело было хмурым, боевой дух – ниже некуда.
Прибытие в Маршем Мэнор едва ли помогло разгладить первое и поднять последний. Обстановка, в которой я оказался, переступив порог гостиной, была настолько уютной, насколько можно пожелать. Камин с горящими поленьями, удобные стулья, чайный столик, издававший бодрящий аромат тостов с маслом и пышек – всё это, конечно, было очень приятно встретить после долгой езды промозглым зимним вечером. Но одного взгляда на присутствующих было достаточно, чтобы понять – я угодил в то самое местечко, где всё вокруг радует глаз, и лишь человек ничтожен
Когда я вошёл, их там было трое, причём все явно представляли собой самые примечательные продукты, какие только мог произвести Хэмпшир. Один был маленький тщедушный типчик с тем видом бороды, который доставляет так много неудобств – как я понял, это и был хозяин дома. Рядом сидел другой, примерно той же конструкции, но более ранняя модель – явно его отец – тоже обросший бородой по самые уши. Третьей была крупная расплывшаяся женщина в роговых очках, которые выдавали профессиональную слабость всех бумагомарак женского пола. Очки делали её удивительно похожей на мою тётю Агату, и – не стану скрывать – сердце у меня чуточку ёкнуло. Тётушка Далия явно переоценила лёгкость задачи, предложив мне сыграть на струнах души этой женщины.