- Билл, - говорит она тем временем. - Я забыла дома деньги. Одолжи мне три пенса.

Билл смотрит на нее насупившись.

- Где я тебе возьму три пенса? У меня только для себя есть.

Бетси так прямо с протянутой рукой отворачивается от него.

- У кого есть лишние три пенса? Билл опять жмотничает. Как всегда.

Джош торопливо сует руку в карман.

- У меня есть. Постой минутку, дай достану.

Но она не услышала или притворилась, будто не слышит, и куда-то делась, пропала из глаз, а Большой Билл, расталкивая стайку малышни, отвел его в угол, где скамьи расставлены квадратом.

Джош шлепается на скамью, встрепанный, запаренный, он отдувается и, подымая голову, снова встречает взгляд пучеглазой девчонки, которая сидит прямо против него. Она с улыбкой наклоняется к нему.

- Тебе правда только четырнадцать лет?

Джошу не по себе, он чувствует себя в ее власти, он словно выставлен напоказ, он не хочет слушать, что она говорит.

- И ты стихи пишешь?

Джоша бросило в жар и в холод. С этой девчонкой лучше не связываться. Он, ерзая, отодвигается от нее подальше, к концу скамьи, пусть кто-нибудь сядет на освободившееся место. Но пучеглазая в один миг вскочила и плюхнулась рядом с ним, вышло, будто это он для нее освободил место.

- Про цветы и про бабочек?

Он что было сил отрицательно трясет головой и старается забиться подальше в угол, чтобы она не наваливалась на него сбоку. Это все тетя Клара наболтала. Верно, думала произвести на них впечатление. Да они от смеха животики надорвут. Ринутся наперебой рвать его и терзать, как стая стервятников, покажут ему свое настоящее лицо, не то, которое тете Кларе. Он знает, слишком уж они дружелюбно держались, до того приветливо, что ясно: прикидывались.