- Да бога ради, отвяжись от него, сестра! Человек не хочет разговаривать, его право.

Кажется, он ввязался в семейную распрю, которой ни начала, ни конца не видно, а у Лоры, во всяком случае, не было в мыслях ничего худого. И Джош говорит заикаясь, потому что всем вокруг неловко:

- Я тебе расскажу; Лора, расскажу. Только потом.

Но почему-то ее брата Гарри это, кажется, только еще больше разозлило. Но тут раздались звуки органа, и все сразу встали и молча повернулись лицом к алтарю. Удивительно даже. Джош слышал биение своего сердца, ему было как-то неловко, непривычно, да еще эта Лора льнет сбоку, будто она с ним знакома давным-давно, а не только что познакомились, будто она всегда его знала, а вот он ее - нет. Хоть бы тетя Клара была поблизости, но от тети Клары ему видна только тулья шляпы, и тетя Клара в это время берет еще один аккорд. И все запели, все поют, надрываются, слов не разобрать, слова все какие-то незнакомые, что-то про "счастье во благовремение", и про "денницу восставшую", и еще про "луч небес на равнинах". На слух Джоша - полная бессмыслица, и остальные тоже сами не знают, что поют. Это сразу заметно. Поют оглушительно, во всю глотку, не заглядывая в книжку и не сознавая значения ни единого слова.

Джош начинает дрожать с головы до ног, ему страшно в этом незнакомом мире, он не знает, как себя вести. Никто вокруг него не подозревает, что перед ними Плаумен, который еще никогда в жизни не бывал в воскресной школе.

8

Обратный путь по улице до тетиклариной коричневой калитки. Билл О'Коннор вышагивает с одной стороны, Гарри Джонс, играя мышцами, топает с другой, они наперебой объясняют ему и переговариваются через его голову тут и капканы, которые они каждый вечер ставят в овраге ("Отличная вещь жирный, мясистый кролик, а, Джошуа?"), и купанье у запруды, и крикетный матч с командой из Кроксли, назначенный на вторник.