- У тебя есть Библия, Джошуа?

Джош беззвучно стонет. Нашла время разговаривать про Библию! Этого еще недоставало!

- Я так и думала, что нет. Ты не мог утром найти псалом, пока Лора Джонс тебе не показала, где искать.

Надо было меня предупредить, Джошуа. Несколько минут подготовки избавили бы тебя от неловкости.

Джош пытается сделать глоток, у него такое ощущение, будто рот до зубов набит опилками. Только бы не поперхнуться и не уронить чашечку.

- Я, кажется, смогу подарить тебе экземпляр. Ты вчитаешься, почувствуешь стиль, и у тебя хватит сообразительности разобраться. Я хочу, чтобы ты вник в текст, прочитал его самым внимательным образом, как я прочитала вчера вечером твои стихи. Чтобы ты пришел к самостоятельным выводам. Вдумался.

На губах у Джоша крошки от коржиков, он делает вдох и выдох, и крошки разлетаются веером во все стороны. Тетя Клара вскрикивает.

- Запей скорее. Господи боже, так можно задохнуться.

Джош, пошатываясь, бредет с полной чашкой в руке к краю веранды и, перегнувшись, выплевывает как можно дальше непрожеванный коржик. Обмякший, будто побитый, пробует запить чаем, но чай такой горячий, настоящий кипяток.

- Ну, откашлялся?

Джош кивает. Он в отчаянии.

- Дай-ка мне чашку, пока не разбил. Ты просто комок нервов. С тобой что, дома плохо обращаются?

- Нет...

- Ты уверен, что у тебя все прошло?

- Да...

- Может быть, тебе лучше снова сесть? Джош пробирается к своему креслу, стараясь не глядеть ей в лицо. Ужасно, как это он так опозорился?

- Ты довольно загадочный мальчик, вот что я тебе скажу. У тебя сложный внутренний мир, которому ты совершенно не даешь выхода. Здешние мальчики и девочки, ты, верно, заметил в воскресной школе, у них на душе легко, весело. Никаких глубоко запрятанных тайн. Все на поверхности, Джошуа, все на свету, на солнце. Бери с них пример. Детство бывает только один раз и очень быстро проходит.