– Трудные задачи ты задала, – смутился старик. – Не найти и в чужих странах таких диковинок. Как я им скажу, чего ты от них требуешь?
– А что здесь трудного? – улыбнулась Кагуя-химэ.
– Будь что будет, пойду уж, скажу. Вышел к женихам и говорит:
– Так-то и так. Вот что Кагуя-химэ от вас требует. Принцы и сановники вознегодовали:
Зачем она задала нам такие трудные, такие невыполнимые задачи? Уж лучше бы попросту запретила нам ходить сюда, – и пошли в огорчении домой.
III. Каменная чаша Будды
Для принца Исицукури и жизнь была не в жизнь без Кагуя-химэ. Стал он ломать голову, как ему быть. «Даже там, в далекой Индии, чаша эта одна-единственная, – думал он. – Пусть я пройду путь длиной в сотню тысяч ри,
Человек он был изворотливый, хитрого ума. «Нынче отправляюсь в Индию искать чудесную чашу», – велел он сказать Кагуя-химэ, а сам скрылся подальше от людских глаз.
Когда же минуло три года, взял он, не долго думая, первую попавшуюся старую чашу для сбора подаяний. Стояла эта чаша, вся покрытая черной копотью, перед статуей блаженного Пиндолы
«Может ли быть?!» – подумала в изумлении Кагуя-химэ. Смотрит, в чашу письмо вложено. Развернула она письмо и прочла:
Кагуя-химэ взглянула на чашу, не светит ли она, но не приметно было даже того слабого сияния, какое исходит от светлячка. И она вернула чашу, послав вместе с ней такие стихи:
Принц бросил чашу перед воротами и в сердечной досаде воскликнул:
С тех пор и пошла поговорка про таких бесстыдников: «Испить чашу позора».
IV. Жемчужная ветка с горы Xорай
Принц Курамоти был человеком глубокого ума. Он испросил себе отпуск у императорского двора якобы для того, чтобы поехать купаться в горячих источниках на острове Цукуси.