Соболь знал, что такое гроза. Знал, как, ослепительно вспыхнув, расколется вдруг низкое ночное небо, и тяжелый грохот, нарастая, помчится к земле. Чудится, что вот-вот налетит он, размечет, раздавит тайгу.

Вздрогнут и согнутся под ветром упругие ели, беспомощно замашет ветвями одинокий кедр на вершине сопки. Ударит по нему синее пламя молнии, и рухнет столетний кряж, подминая молодую поросль. И тут же полоснет с размаху тяжелый ливень.

Соболь боялся грозы. Он прятался в глубокое дупло, лежал там неподвижно и слушал. Ему казалось, что кто-то большой и невидимый ломится сквозь тайгу, ищет его, соболя. Зверек плотней прижимался к дереву, готовый вмиг рвануться и выскользнуть из лап неведомого врага. Но грохот прокатывался дальше, ливень стихал, и соболь, высунув из дупла острую головку, быстро осматривался. В тайге было тихо-тихо. По густым иглам стекали зеленоватые капли. Лес наполнялся густыми запахами хвои, прелых гнилушек и трав. Уже без страха смотрел зверек, как вдали разрывают ночную тьму синие сполохи молнии, Невидимый уходит дальше и дальше, гневно урча. Теперь он не вернется, потому что соболь перехитрил его.