На открытии академии в сентябре появился новичок. Держался он отчужденно и загадочно и никто не знал откуда он. Ходили слухи о Париже, Лондоне, школе в Швейцарии. Звали его Джон Хемлин и жил он у родственников в Портланд-Плейс. Он водил великолепный "дузенберг". Ездивший на разбитом "муне" Одри с раскрытым ртом благоговейно изучал это произведение искусства: роскошную кожаную обивку, медную арматуру, витиеватые дверцы, громадную фару с рукояткой как у пистолета. Одри писал: "Ясно что он проделал долгий путь следы путешествия но даже следы необычны, запонки на манжетах из тусклого металла словно поглощающего свет, рыжие волосы отливают золотом, большие зеленые глаза".

Новичок симпатизировал Одри отклонив с вежливым изяществом приглашения богатых сынков. Это не внушило важным парням любовь к Одри и его рассказы были безжалостно отвергнуты школьным журналом.

– Мрачно, – заявил ему редактор. – Нам нужны рассказы после которых ложатся спать с хорошим настроением.

Была пятница 23 октября 1929 года, ясный голубой день опадающие листья, полумесяц в небе. Одри Карсонс шагал по Першинг-авеню… "Simon, aimes tu le bruit des pas sur les feuilles mortes?"

– Привет, Одри! Хочешь прокатиться?

Это был Джон Хемлин за рулем "дузенберга". Он открыл дверцу не дожидаясь ответа. Хемлин сделал широкий разворот и поехал на запад… влево по Эвклид вправо по Линделл… Бульвар Скинкер выезд из города… Клейтон… Хемлин взглянул на часы:

– Мы могли бы добраться до Сент-Джозефа к обеду… там отличный ресторан у реки выпьем вина.

Одри разумеется возбужден. Проносится осенний сельский пейзаж… впереди длинная прямая лента дороги.

– Сейчас я тебе покажу на что способна эта штука.

Хемлин медленно нажимает на газ… 60… 70… 80… 85… 90… Одри наклоняется вперед рот раскрыт глаза блестят.

В Топ-Сити в разгаре конференция на высшем уровне высокопоставленные чиновники участвуют в КОНТРОЛЬНОЙ ИГРЕ. Конференция созвана техасским миллиардером который щедро финансирует МРА