Постоянного священника для этого прихода найти было трудно, так как обычные службы (заутрени и воскресные) могли посещать в лучшем случае Бенет, его гости, садовник из Пенндина по имени Клан, его дочь Сильвия, три-четыре женщины из деревни, а в летний период еще два-три дачника. Раньше отрывки из Священного Писания читали ныне покойный дядюшка Бенета или сам Бенет. Теперь это иногда делал Клан. Бенет оставил за собой лишь особые случаи. Зимой, в промежутках между приездами пастора, церковь порой и вовсе пустовала. Барнеллы, разумеется, были квакерами, но вблизи Липкота квакерские собрания не проводились, поэтому простые англиканские службы, согласно пожеланию, исходившему из Пенндина, перемежались молчаливыми паузами. В настоящий момент в церкви не было пианино. Бенета это не особенно огорчало.

Что же касается очаровательной молодой пары — сияющих героя и героини предстоящего спектакля, то поначалу они вообще хотели ограничиться короткой гражданской церемонией, но их переубедила мать невесты, Ада Фокс, хотя сама она, к сожалению, не могла присутствовать на бракосочетании. Милдред Смолден, праведница, приятельница Барнеллов, поддержала ее. Бенет хотел, чтобы все прошло «как положено», как это было бы при дядюшке Тиме. Жаль, что дядюшки Тима больше нет с ними. Гостей по настоянию молодых должно было собраться совсем немного. Предполагалось, что после церковной церемонии в Пенне подадут шампанское и различные вина (Бенет шампанского не любил), а также всевозможные деликатесы в качестве закусок, которыми гости смогут наслаждаться сидя, стоя или бродя по дому, после чего дети (так называла их Милдред) отбудут в «ягуаре» Эдварда в направлении, которое они держали в секрете.

Накануне свадьбы узкий круг приглашенных должен был собраться за ужином в доме Бенета. Он хорошо знал Аду и еще лучше ее дочерей, для которых в последнее время стал кем-то вроде опекуна, что очень устраивало их непоседливую мать.