- Да он, небось, червивый, Иван Семеныч! - пытаюсь я придать голосу энтузиазм.

- Ну и что, что червивый, посмотреть на него, и то ведь интересно, правда, Мариночка? - оборачивается Иван Семеныч к Марине. Марина молчит, не удостаивая, из-за двери, потом с порога вдруг раздражается крик Бенедиктовича: - Где Петров? Где его черти носят? - Семеныч, как всегда, подставляется:

- К Тузову Сашенька ушел, Игорь Бенедиктович...

- К Тузову? - распаляется Бенедиктович. - А утрясать мне? Ким сейчас придет с актом!

- С каким актом, Игорь Бенедиктович? - интересуется Семеныч.

- Ну, вы вообще! - театрально разводит руками Бенедиктович. - Весь объект знает, мои идиоты впервые слышат! По всему объекту ночью работать запрещено - этим придуркам - режим нарушить - плюнуть!

- Вы бы унялись немножко, а? - предлагаю я.

- Я уймусь, - неожиданно спокойно соглашается Бенедиктович. - Я подпишу акт, пусть сообщают в режим.

Бенедиктович плюхается рядом с Семенычем, ищет по карманам папиросы.

- Чего орешь, Бенедиктович? - всовывается в комнату Толька.

- Сейчас Ким придет акт составлять, - с удовлетворением обещает Бенедиктович. - А мне ничего не будет, пусть Петров расписывается, раз самовольно!

- Может, хватит уж ему? - Толька миролюбиво протягивает Бенедиктовичу пачку.

- Пусть имеет, раз дурак! - усмехается Бенедиктович.

- Не трогайте мужа! - вступается за Сашу Марина, одновременно разглядывая в зеркальце нос. - Он-то как раз умный, сами вы дураки!

- Дурак, дурак, - понаблюдав за Мариной, - итожит Бенедиктович. - Умный давно бы вместе с Тузовым сколачивал сундучок.

- Ну, извини, тут я его понимаю, - возражает Толька. - Приемник, и вообще, изобретение, Тузов у него, считай, свистнул? Пока Сашка вкалывал, Андрюха бегал втихаря, пробивал, а мог бы и Сашку спросить: как ты, Саша, если мы с твоим приемником откроем тропический заказ? Может, Сашка бы и раскололся?