Тока Фин ево не зовет клабдище. Фин ево зовет сад, патому што мистер Бог приходит туда сабирать душы когда они уже гатовы как яблоки. Я люблю хадить в сад с Фином патому што там нет никаво толко мертвый и мистер Бог и душы. Фин говорит нихто не ходит в сад потому што люди баятся быть мертвыми но я не баюс потому што сад очень красивый и там милион цвитов и очень глупо баятся быть мертвым во фсех этих цвитах. Когда мы идем в сад Фин говорит мне имя и сколко лет и кагда он умер и в саду есть очень много маленких детей. Толко их там болше нет а они фсе на небесах. Кагда Фин говорит имя я говорю привет Сюзан это Анна и Фин говорит и потом я говорю какой красивый сад и фсе такое и потом мы говорим маленкую молитву и говорим пожалуста передай нашу любофь мистеру Богу и Иеферу и Враху и фсем ангелам и фсем людям. А еще мне жалко Иуду и Понтаса Пирата и фсех людей каторые прибили Иефера к кресту. А в один день я плакала в саду по всех них и Фин взял меня и сказал што мы напишем фсе имена их на бумаге и паложым в кансервную банку и зароим в святую землю и оставим мистеру Богу. Фин говорит у фсех людей внутри ест кусочик Иуды и кусочик Понтоса Пилота и каждый человек может втыкать другой гвозд в Иефера.

Фин говорит нужно запомнит адну вещ и вот она. Если это хорошо делать то делай это если это нехорошо делать то не делай это. И я говорю как я буду знать хорошо это или нет а Фин говорит это лехко. Не застривай внутри сибя выхади наружу и иди внутырь людей и жывотных и цвитоф и дерев'еф и смотри если ты так делаиш и тибе оттуда нравитса то это харошо и если тибе оттуда не нравитса то это плохо. Если ты притворяишса быть кошкой и ты иё бьеш и ей болно то это плохо. А если вдруг ты иё ударяеш и ей харашо то это харашо. Фин говорит если ты посмотриш на дом снаружы то это дом а если ты пасмотриш на дом снутри то это как у ковото дома. И так с людми. Если ты пасмотриш на нево снаружы то это челавек но если ты пасмотриш на нево снутри то у нево будет настоящее имя. У фсево есть настоящее имя. Даже у мухи и паука. И Фин говорит иногда это трудно выучится видеть внутри вещи. Иногда ты ничево не скажет патому што ц'рковь выглядит как Мусей и как дом и ты снаружы не скажиш и нужно залесть внутырь и это вот што такое быть жывым.