Заведующий приемным отделением — мы у него в подчинении, в общем. Вдовец, восемьдесят лет. За глаза называют его «юным гинекологом» — тянет в гинекологию и когда в кабинетах проводят осмотр женщин, особенно молодых. Всем понятно, почему — но он ведь врач, да еще заведующий. Удовольствие ему доставляло говорить, что «голой больную не оставим». Женщина пришла на осмотр к гинекологу, кто-то знакомую свою привел. Когда подоспел гинеколог, позвал на осмотр в кабинет, то она удивилась и говорит ему, что ее уже осмотрели, велели ждать у кабинета. Гинеколог, удивился, кто же ее осмотрел. А она говорит: «Вон тот дедушка в очках». Правда, кажется, что он все-таки не осознает, что ведет себя как маньяк. Я видел, как он раздевал пьяную, которую привезли под утро, — и как почти дрожал, но в то же время это и было его долгом, и он ей помогал, но это смешалось со старческой его похотью. Ему хочется быть значительным, спасителем, чтобы его благодарили. Вмешивается он во все — во многом по этой причине. Перитонит, по напыщенному его выражению, — это «пожар, пылающий в организме». Когда помогли ему склеить картонные папочки, дерьмо бумажное хранить — отчеты идиотские и сводки, то благодарил почему-то за «сообразительность», целую речь произнес. И я трудился, склеивал. Походило это в точности на то, как работают слабоумные, — они вечно что-то склеивают, это еще называется трудотерапией. Со мной был в смене Юрик — садист. Так вот такой тихий стал и светленький, когда склеивал, и так ему это занятие внутренне нравилось, как нравится только издеваться над бомжами, наверное.