– Собаку убивают, – предположил Данте.

– Осторожней, – посоветовал Видаль. – А вдруг она бешеная.

– Наверно, там крысы, – высказался Рей.

В этом месте всегда бродили полчища собак, крыс и кошек, так как торговцы небольшого рынка на углу оставляли кучи отбросов. Любопытство сильней страха, и друзья подошли ближе на несколько метров. Сперва они услышали смутный шум, потом различили брань, удары, стоны, лязг железа и жести, тяжелое дыхание. Белесый свет фонарей выхватывал из полутьмы силуэты подпрыгивающих и орущих парней, вооруженных палками и железными прутьями, ожесточенно избивающих какую-то фигуру, темневшую среди мусорных контейнеров и куч отбросов. Видаль увидел искаженные яростью лица – все молодые и будто опьяненные хмелем своего превосходства.

– Этот человек – газетчик дон Мануэль, – тихо сказал Аревало.

Видаль разглядел, что несчастный старик стоит на коленях, низко наклонясь всем туловищем и прикрывая окровавленными руками израненную голову, которую он пытался спрятать в урне.

– Надо что-то делать! – беззвучно воскликнул Видаль. – Они же его убьют!

– Замолчи! – приказал Джими. – Не привлекай их внимания.

Расхрабрившись, и оттого, что друзья его удерживали, Видаль стоял на своем:

– Надо вмешаться. Они его убьют.

– Он уже мертв, – флегматично заметил Аревало.

– За что? – недоуменно спросил Видаль.

– Тихо! – прошептал ему на ухо Джими.

Потом Джими, видимо, куда-то отошел. Пытаясь его найти, Видаль наткнулся на парочку, которая смотрела на избиение осуждающе. Парень в очках, с книгами под мышкой, девушка на вид вполне порядочная. Надеясь на моральную поддержку, которую часто встречал у незнакомых людей на улице, Видаль заметил:

– Какая жестокость!