Лейла качала головой:

- Покоя нет. Жить не дают. То одни! То другие! Хотелось бы, чтоб наша девочка рано замуж не пошла. В домашнее рабство не попала. Впрочем, неизвестно, где лучше? Наша молодежь скромнее.

У Лейлы родная дочь живет в семье отца. Они видятся редко. Лейла второй раз вышла замуж, но своих детей больше нет.

Поэтому она меня любит. Считает меня своей дочерью. Дарит подарки.

Я обиделась на чеченца Вандама. Он увидел меня в большом платке и расхохотался: «Для кого ты так нарядилась? Куда собралась?»

И нарочно плюнул, свинья.

Как-то он подсылал тетю. Знакомиться. Его тетя обхаживала мою маму, угощала ее.

Так положено, чтоб завести знакомство и подружить парня и девушку. Она в открытую просила меня племяннику в жены.

Они скрывали, что одна жена у него уже есть! А другие люди — рассказали...

Мне Вандам не нравится. Внешне — деревенский русский «Ваня».

Крупный парень, но... трусоват.

13 октября 1999

По ночам слушаем орудийную канонаду. Днем — торгуем.

Поругалась с Таней и с Юлькой. Соня стала относиться к нам хуже. Не знаю, это я ей надоела своими просьбами? Или наши конкуренты что-то наговорили?

Теперь я ношу платок, как тетя Кусум. Кусум меня хвалит. Подсядет к нам на рынке

и волосы мне расчесывает. Зовет:

- Пойдем, сделаем тебе завивку!

Друг Дауда снова подходил. Купил мне мороженое. Я ему понравилась? Знала бы об этом Кусум, мать Дауда!

Этот парень спросил меня:

- Сколько тебе лет?

Услышав, что четырнадцать, удивился: