«Опять наэкстазился, педик чертов!…» — подумал Ихтеолус, и тоже подобострастно ввел себе МДМА, попадая на это мгновение с Борисычем в столь желаемый тем сейчас резонанс. За такие тонкие вещи Борисыч буквально души не чаял в Ихтеолусе; в конце концов, именно из таких мелочей и складывалась карьера, так что...

Усевшись за рабочий стол, Ихтеолус с отвращением немедленно удалил из себя экстази, он и так уже перебрал сегодня со стимуляторами, надо бы расслабиться, расслабиться, а тут еще эта работа... Он тупо стал перекладывать бумажки, но работа явно не шла, Ихтеолус никак совершенно не мог ни на чем сосредоточиться.

«А!…» — мысленно махнул на все рукой Ихтеолус, ввел себе достаточно нормальную дозу героина, полностью снимающую все стимуляторные последствия, и, одновременно, дающую искомый, наплевательский настрой буквально на любое занятие, будь то хоть мытье полов, и радостно отдался трудовой деятельности, жадно вчитываясь в каждый документ, восторженно отвечая на любой телефонный звонок, и с истинным наслаждением читая любой поступающий факс.

И так вот — весело, восторженно, блаженно, и абсолютно — в самом наилучшем значении этого слова — безразлично и прошло все рабочее время вплоть до самого обеда.

Крякнув, Ихтеолус поднялся, вставая из-за стола, подмигнул зашедшей к ним зачем-то в отдел секретарше Светочке, заметил ее укоризненный взгляд, обращенный в его маленькие-маленькие зрачки, тут же втер себе атропина, прямо на ее глазах расширив их, так что они чуть не стали больше его глазных яблок, сконфуженно усмехнулся своей шутке и отправился на обед.

По пути его догнал Дондок, находящийся, очевидно, в степенно-умудренном состоянии какого-нибудь изощренного коктейля, на что он был признанным мастаком.

— Куда пойдем? В «Харакири»?

— В «Жопу» — ответил Ихтеолус.

— Нет... — задумчиво и даже слегка обиженно сказал Дондок. — В «Жопу» я сейчас не хочу... Пошли лучше в «Манду»... Она настроит нас на лад беседы, вдумчивой беседы, и ничто не будет нас от нее отвлекать...