Тогда я решил убить чувства. Я отыскал в себе внутренний выключатель и погрузился в мир «ни жарко ни холодно». После этого сенсорного самоубийства у меня началось новое существование.
Никакой боли я теперь не ощущал. И ничего другого тоже. Свинцовый панцирь, который мешал мне дышать, исчез. Вместе со всем остальным. Словно я погрузился в небытие.
Но облегчение вскоре сменилось смертельной скукой. Я попытался повернуть свой внутренний выключатель обратно, но у меня ничего не получилось. Я всполошился.
Музыка, которая прежде мне нравилась, теперь меня совершенно не трогала. Даже удовлетворение основных потребностей (еда, питье, ванна) не доставляло никакой радости. Я был кастратом во всех отношениях.
Исчезновение эмоций меня не тяготило. И голос матери по телефону тревожил не больше, чем протекший кран. Я перестал о ней беспокоиться. И так было даже лучше.
А вот все остальное у меня не ладилось. Жизнь превратилась в смерть.
Выключатель щелкнул благодаря альбому группы «Радиохед». Он назывался Amnesiac. Название подходило к моему нынешнему состоянию, ведь у меня была амнезия чувств. Я купил диск. Слушал и ничего не испытывал. В то время никакая музыка на меня не действовала. Я уже пожал было плечами, решив, что потратился на еще один час пустоты. Но тут началась третья песня, судя по названию – что-то о вращающейся двери. Череда скупых непонятных звуков. И названа правильно – навевает мысли о странном влечении маленького ребенка к вращающимся дверям: попав в такую дверь, он никак не может из нее выбраться. Вроде бы ничего особенного, но к глазам вдруг подступили слезы.
Может, это потому, что в последние недели я вообще ничего не ощущал? С чего это я так расчувствовался? Я дослушал альбом до конца, но остальные песни не вызвали во мне ничего, кроме вялого любопытства, какое бывает всегда, когда слушаешь что-нибудь новенькое. Тогда я снова включил ту самую, третью песню – и весь затрепетал. Обезумев от благодарности, я откликался на эту скупую мелодию, словно на итальянскую оперу, всем внезапно оттаявшим телом. Я снова и снова нажимал на «повтор», смакуя это чудо.