Мы поели приготовленной мною гречневой каши. Володя, правда, приготовил для неё поджарки. Это ещё до сверления. Поболтали и я, сославшись на радикулит, а, действительно, у него холодно, я сидеть на холодном не могу и стоять долго трудно, ушёл домой. Дома попил чай без сахара. Походил туда-сюда, и время так незаметно добежало до 14.35. Хоть и рано, а уже почти сумерки. День пасмурный. Всё время грохочет, стрекочет, свистит. Боевики-ополченцы ходят туда-сюда. Вот в это самое время меня бьет в окно взрывной волной, рвёт плёнку и холодный воздух устремляется в окно. Под окном кто-то говорит, опять надо поправлять плёнку. Надолго ли. Вечером всё стихло.
10. I. 1995 г. Утро. Т= 0 °C. Р.атм 760. Пасмурно. Горы не видно. Заниматься начинаю уборкой. На удивление тихо. Пошёл, из лужи набрал воды, чтобы промыть канализацию. Из восьмого подъезда вышли люди. Влад не бритый уже, наверно несколько дней. Выглядит нездорово. Люди немногословны. Катя, я ней поздоровался, как-то даже моё приветствие пропустила мимо ушей, а после, когда я шёл за водой, поздоровалась. Из разговора с Владом выяснил, что до 8.00 сегодня перемирие, и правительство РФ выступило с инициативой — разоружение в обмен на свободу. Сейчас 10.30, слышно, как по Ленина прошёл какой-то БМП или танк. Имитатор как будто берёт старт, грюкает и потрескивает очередями. Неопределённость, но артобстрелов пока нет. Воды близко нет. Если бы я сходил с самого утра к Беликовскому мосту, то бы набрал, но было уже часов девять, когда я поинтересовался у проходящих женщин, — они сообщили, что очередь за водой большая, а вода идёт слабо. Сходил к первому подъезду. Покричал Виктору, но он не откликнулся. Наверно, его нет дома. Обошёл вокруг дома, окна почти у всех выбиты.