В часовне латинский монах проводил нас в пещеры. Могилы святых. Для освещения жгут оливковое масло. Добрались до вертепа рождества — множество лампад. Св. Ясли ярко освещены. Вид с крыши часовни. Поездка в Иерусалим. Подгоняли лошадей, чтобы не попасть под дождь. По дороге в Вифлеем издали видел Иерусалим. Если бы не знал, что передо мной город, никогда бы об этом не догадался. Напоминает нагромождение голых скал.

Иерусалим

Квартал прокаженных. Фасады домов обращены к стене. Сион. Поселение — куча навоза. Жители сидят у ворот, выпрашивая милостыню. Воют. Их избегают и боятся.

Размышления на улице Страстный Путь (Виа-Долороса). Женщины, задыхающиеся под тяжестью ноши. Мужчины с меланхолическими лицами.

Бродил среди захоронений до тех пор, пока не почувствовал, что так можно сойти с ума.

Разнообразие гробниц. Лестницы наподобие кафедральных. Их множество в долине Хином. Традиция, освященная письменами. Камни на могиле Авессалома, надгробия вокруг Захария.

Храм Гроба Господня. Разрушенный купол. Камень помазания. Каменные лампады. Тускло. Странный запах. Беспорядок. Пещеры. Часовня Обретения Креста. Пилигримы. Болтовня. Бедность. Отдых.

Армянский монастырь. Большой. Пилигримы.

Склон Сионского холма. Он усыпан камнями и гравием — словно сваленным с телеги.

Приходишь в уныние при виде безразличия природы и человека ко всему, что делает это место святым для христианина. Гора Сион поросла сорной травой. Бок о бок, словно щеголяя равнодушием, маячат тени церквей и мечетей. Каждое утро солнце с бесстрастным видом восходит над часовней Вознесения.

Юго-восточный угол стены. Мечеть Омара-храм Соломона. В этом месте стена Омара зиждется на фундаменте Соломона, словно в знак торжества над тем, что составляет ее опору. Эмблема взаимосвязи двух вер.

Быть обманутым в Иерусалиме — ощущение весьма болезненное.



43 из 104