Сегодня у нас не было уроков из-за Хеллоуина. Я пошел потусить на 29-й с ребятами из Бойз-клуб и наткнулся на Герби с компанией, играющих наверху в бильярд. Решил, что будет прикольно пошататься сегодня вечером с этими челами. Мы отправились в спортзал и на лестнице, где ошивались еще несколько мудаков, вымазали мордахи кремом для обуви и разорвали рукава рубашек для создания посредственного маскарада. Бадди, один из немногих черномазых, кто общается с Герби и его пацанами, конечно, ни в каком креме не нуждался, и рукава ему особо рвать не надо было, по причине наличия у него таких штук во всякий день, и на Хеллоуин и так просто. Потом раздобыли вдобавок длинные носки у страдающего варикозным расширением вен папаши одного чувака, набили их мукой и стали нападать на девчонок в черной школьной форме, затеявших устроить танцы в церкви, и от муки у них на спине оставались огроменные белые следы. Они довольно смешно носились по зданию, угрожая пожаловаться на нас монахиням. Господи, кого хоть немного ебет, что подумают эти несчастные монахини... Я больше не учусь в католической школе, поэтому у этих блядских пингвинчиков задницу мне надрать больше не выйдет.

Для следующего охуенно потешного прикола мы поднялись в ближайший дом и положили бумажный пакет с собачьими какашками перед дверью квартиры на верхнем этаже, подожгли сверток, слиняли пониже и стали слушать, как старый педрила топает по нему, сбивая пламя. Я представляю выражение лица этого лоха, когда он вытирал свои тапки в туалете бумажными салфетками.

На 24-й мы встретили распевающих хеллоуинские песенки детишек. Черножопый Бадди разбил яйцо о голову маленькой блондинистой девочки, наряженной ангелочком. Она в слезах убежала, на крылышках остался желток.