Ну что за народ! Да живи ты с усами, живи! Сколько влезет, столько и живи. Не женщина, а генерал-майор какой-то. Тьфу! А детишки народятся? Потянется сынок или дочка ручонкой: "Мама, а что это у тебя? " А подрастут? Подрастут, их на улице начнут дразнить: "Твоя мамка с усами, твоя мамка с усами! " Легко будет ребенку? Легко будет слушать такие слова? Ни у кого нету мамки с усами, а у него - с усами. Как он должен отвечать? Да никак он не сможет ответить, он зальется слезами и пойдет домой... к усатой мамке...

- Хватит! - закричала дочь Бабы-Яги. - Наводи свой состав. Что тебе надо?

- Пригоршню куриного помета, пригоршню теплого навоза и пригоршню мягкой глины - мы накладываем на лицо такую маску...

- На все лицо? Как же я дышать-то буду?

- Ну что за народ! - опять горько затараторил Иван. - Ну ничего невозможно...

- Ладно! - рявкнула дочь. - Спросить ничего нельзя.

- Нельзя! - тоже рявкнул Иван. - Когда мастер соображает, нельзя ничего спрашивать! Повторяю: навоз, глина, помет. Маска будет с дыркой - будешь дышать. Все.

- Слышали? - сказала Яга стражникам. - Одна нога здесь, другая в сарае! Арш!

Стражники побежали за навозом, глиной и пометом.

А в это самое время в окно просунулись три головы Змея Горыныча... Уставились на Ивана. Все в избушке замерли. Горыныч долго-долго смотрел на Ивана. Потом спросил:

- Кто это?

- Это, Горыныч, племянник мой, Иванушка, - сказала Яга. -Иванушка, поздоровайся с дядей Горынычем.

- Здравствуй, дядя Горыныч! - поздоровался Иван. - Ну, как дела? Горыныч внимательно смотрел на Ивана. Так долго и внимательно, что Иван занервничал.

- Да ну что, елки зеленые? Что? Ну - племянник, ты же слышал! Пришел к тете Ежке. В гости. Что, гостей будем жрать? Давай, будем гостей жрать! А семью собираемся заводить - всех детишечек пожрем, да? Папа называется! Головы Горыныча посоветовались между собой.

- По-моему, он хамит, - сказала одна.