Сбоку началась насыпь. Она постепенно забиралась все выше, к бетонным опорам, видневшимся впереди, - там строился мост через канал для той самой железной дороги, которую только что пересек грузовик. Насыпь эту делали самосвалы. В течение месяца они забирались на ее гребень, поднимаясь раз от раза все выше, и высыпали наверху вынутую "Уральцами" землю.

Земля, вынутая из канала, стала теперь железнодорожной насыпью, и по ней скоро побегут поезда. На насыпи уже работал путеукладчик, он держал на весу длинную решетку, составленную из рельс и шпал, - готовый кусок железнодорожного полотна.

"Уралец" давал в данном случае так называемую двойную кубатуру. Это значит, что каждый кубометр шел в дело два раза, то есть сначала его записывали в графу "вынуто", а затем в графу "уложено".

Самосвал подъехал к шлюзу, развернулся и начал взбираться на дамбу, ограждающую шлюз широкой дугой. Эта дамба будет защищать шлюз от весенних вод.

Отсюда, сверху, открывалась вся панорама гигантского сооружения. Огромное тело шлюза высотой в несколько этажей - его верхняя и нижняя кубические части, сейчас заставленные лесами, стены, образующие широкий коридор, высокие ворота в концах этого коридора и, наконец, длинные причалы, обозначенные рядами свай, - все будет находиться ниже уровня земли и воды. Когда шлюз поднимется вровень с берегами, котлован будет засыпан землей. Останется лишь бетонная коробка, которая будет поднимать и опускать суда, выполняя роль водяного лифта.

Такова судьба гидротехнических сооружений. Чем крупнее сооружение, тем глубже его основание скрыто в земле. Когда по каналу побегут суда, пассажиры увидят не собственно сооружения, а только их верхнюю часть. Они увидят красивые и стройные арки и башни, светлые прибрежные поселки, зеленую аллею вдоль канала, ровные и гладкие ряды камней на его берегах.