- Видишь, как люди зажрались! Какие продукты на помойку выкидывают. Ешь, не бойся, мы тоже не хуже людей. Пока что никто от этой еды не умирал.

Саню чуть не стошнило. Но, с одной стороны, она не могла показать своего отвращения дяде Грише, а, с другой, действительно, была очень голодна. И девочка давясь стала есть заплесневелый хлеб с осклизлыми сосисками. А под конец дядя Гриша даже налил ей горячего чая, вскипевшего на костре в помятом закопчённом чайнике без крышки, чему на самом деле она была очень рада, хоть этот чай и оказался без сахара. Несмотря ни на что, Саня всё-таки чувствовала себя здесь совсем спокойно - ведь Амалии и её сообщникам никогда не придёт в голову искать девочку здесь, на заброшенной стройке среди бомжей.

На следующий день Витёк взял Синеглазку с собой на работу. Чтобы враги случайно не наткнулись на неё где-нибудь в метро или на улице, Саня накинула какую-то хламиду на свою нарядную зимнюю курточку, а золотистые локоны спрятала под вязаную шапочку, которую натянула почти что на самые глаза.

Витёк работал у входа на ВДНХ. Он расстилал на земле большой лист картона и танцевал на нём брейк. Он становился на голову, дрыгал в воздухе ногами, подскакивал, изгибался - Саня просто не могла оторвать от него глаз. Совершенно непонятно, как этот шестилетний мальчишка мог научиться так классно танцевать такой сложный и современный танец. А уж в танцах Саня знала толк!

В перерыве, когда усталый Витёк отдыхал, сидя на обочине, Саня тоже решила занять публику и прошлась в танце вокруг картонного листа. Конечно, у неё не было соответствующего костюма, да и танец был попроще - народный, который она часто исполняла на концертах своего танцевального кружка "Родничок". Однако и этот номер поннравился публике, и в качестве вознаграждения Саня получила немного монет и даже несколько бумажных купюр. Так дети работали весь день, а вечером, как водится, отдали выручку дяде Грише.