Учителя в школе удивлялись: круглая отличница Саня Егорова стала учиться всё хуже и хуже. Сначала ей по старой памяти ставили пятёрки, которые терзали девочку ещё больше, потому что были незаслуженными. А потом она начала получать четвёрки, тройки, и в один прекрасный день, когда не успела сделать домашнее задание по математике, получила свою первую в жизни двойку. Вынести такой позор было просто невозможно!

Тогда Фея Мэя решила взять инициативу в свои руки. Начиная с этого дня, она, накормив всех обедом, уходила в дальнюю комнату или вообще на кухню и садилась за уроки, не обращая никакого внимания на крики Амалии. И тут она с ужасом увидела, что никак не может сосредоточиться на уроках - и дело теперь было совсем не в Амалии. Просто её голова оказалась забита совершенно посторнними мыслями, которые девочке никак не удавалось прогнать.

Перед её глазами снова и снова появлялся Королевский зал. Девочке ужасно хотелось оказаться в нём и, может быть даже, остаться там навсегда. Ведь в подземелье было так феерически красиво, спокойно, величественно и волшебно. Вместо арифметических примеров она опять и опять видела громадный хрустальный кристалл, с подножия которого стекает вода, фигуры животных, друзы аметиста и других драгоценных камней, гигантские светящиеся колонны сталактонов...

Фея Мэя жила двойной жизнью и ничего не могла с собой поделать. Против своей воли она постоянно улетала в мыслях далеко-далеко в свой волшебный Королевский зал. Говорить с друзьями о её тоске по Королевскому залу было совершенно бесполезно. Во-первых, они ничем не могли ей помочь. Ну и, во-вторых, а вдруг и они сами испытывают то же самое? И тогда эти разговоры только растравят всем душу, и всё - толку от них никакого не будет. Саня смотрела в очередной учебник пустыми глазами, а видела опять и опять свой прекрасный Королевский зал, путь в который был для неё теперь закрыт из-за этих уродов Васильевых...

Надо сказать, что дети неоднократно пытались найти и другой выход из подземелья, тот самый, из которого они тогда выбрались на поверхность далеко от дома, где-то в центре города недалеко от могилы Канта. Но сколько они ни бродили в этих местах, внимательно глядя себе под ноги, нужного канализационного люка они так и не нашли.