— Не знаю, не спрашивала. Это ее дело, пусть сама решает, что нам говорить, что нет. Я не стану у нее выпытывать. Да, она попросила меня никому не выбалтывать, что она приезжает, особенно газетчикам.

— О боже, нет, если эти проныры узнают, они сквозь трубы пролезут, чтобы до нее добраться.

Норма согласилась.

— Малышка до сих пор встречается с этим парнем с инициалами, как там его зовут-то?

— Не знаю, не спрашивала, — сказала Норма и добавила: — Джей-Си.

— Что-то он мне показался не очень.

— Ну, ей нравится, и это главное. Наверняка знаю только одно: она приезжает, и я намерена из себя выпрыгнуть, лишь бы она почувствовала, что у нее в этом мире есть любящая семья. У нее нет родственников, только я и тетя Элнер. Ей, наверно, очень одиноко. У меня просто сердце разрывалось все те годы, что она моталась из города в город как неприкаянная и некому было о ней позаботиться. А вдруг она и впрямь заболеет, Мак? Кто за ней будет ухаживать?

— Мы, дорогая, мы ей это говорили, и, должно быть, она поверила, иначе бы не позвонила.

Норма вытащила салфетку из красного пластикового держателя и высморкалась.

— Ты думаешь?

— Ну конечно. И незачем плакать по этому поводу.

— И сама знаю, просто разволновалась от радости. Она нам доверяет.

— Да, мне тоже так кажется. Она тебе не намекнула, когда собирается приехать?

— Нет, думаю, завтра или послезавтра. Хочешь еще кофе?

— Подлей немного.

Вдруг Норма охнула:

— Боже!

— Что такое? — испугался Мак.

— Только что поняла, ведь я не знаю, кофе она пьет или чай. И что ест на завтрак. Нужно купить все, на всякий случай, чтоб было. Как считаешь, пойти заказать торт в пекарне или лучше мне самой испечь?

— Да все равно.

— У Эдны торты великолепные. В смысле, совсем как домашние… Но не знаю, вдруг ей станет обидно, что я купила, а не соизволила сама для нее испечь.