– Вы боитесь зависти и ревности?

Она снова покачала головой.

– Нет! Я просто не хочу принимать должность, которая предназначалась кому-то другому, кто работал на вас много лет.

– Как Бобби Запф, например?

– Две недели, которые я провела в вашем офисе, я наблюдала за Бобби. Он работает усерднее других. Если вы хотите кого-то продвинуть, пусть этим сотрудником станет именно он.

Дэнни откинулся на спинку стула.

– Хорошо, Бобби так Бобби. – Он поиграл столовыми приборами, затем снова взглянул на нее, пряча улыбку. Ему еще никогда не встречались работники, отказывающиеся от повышения в пользу своих конкурентов. Грейс обладала поистине незаурядным характером. – Можно мне, по крайней мере, вручить вам премию?

Она рассмеялась.

– Конечно! Я работала усердно и заслужила поощрение в виде премии.

Дэнни откашлялся, чтобы не расхохотаться в голос.

– Ладно. Получите премию, а не продвижение.

– Обещайте мне, что рассмотрите мою кандидатуру в следующем году. У меня будет достаточно времени, чтобы показать вам свою работоспособность.

– Обещаю. – И Дэнни вновь занялся «фетуччини», удовлетворенный ее ответом.

Грейс оказалась, права. В своей страсти поощрить ее, подхлестываемый успехом предприятия с Орландо, он забыл о людях достойных и в первую очередь заслуживающих повышения по службе. И если до этого у Дэнни и оставались кое-какие сомнения относительно исключительности этой девушки, то сейчас они окончательно рассеялись.

Грейс улыбнулась.

– Итак, все улажено. Я получаю премию, и вы наблюдаете за моей работой… Как здесь красиво! – Она резко сменила тему, считая, что вопрос решен.

Дэнни осмотрелся. Он и не заметил, как стемнело. Луна новехоньким блестящим долларом смотрелась в черные воды океана. На бархате неба сияли бриллианты звезд.

– Мне нравится это место. Здесь тихо и хорошо работается. В конце дня я могу расслабиться.