Нет оправдания крови и боли.

Полузабыто звучит "мой родной"

Нежный рожок архаичной любви.

Не тяготись расстоянием лет

Время беспомощней прикосновенья.

Каждое слово - вопрос и ответ,

Целая жизнь уместилась в мгновенья.

Смысла и правды нелепо искать

Не для счастливых чужие законы,

Только одна у сердец благодать,

Только одни на земле унисоны.

1990

x x x

Мой век убедительно тает,

И тут вне борьбы и стихов,

О, как мне тебя не хватает,

Твоих утешающих слов.

О, как раздраженной привычкой

Я кровь возбуждаю свою,

И без оправданья на вычет

Часы без тебя отдаю.

Быть может, всевышний осудит:

Молюсь я тебе - не ему,

Но пусть до скончания будет

Мой бог в твоем тихом дому.

Цени меня так, как умеешь,

Ласкай, отпускай, отрекай,

На тайной ты мельнице мелЕшь

Наш общий с тобой урожай.

И чтобы в последнюю полночь

Придти к Маргарите на бал,

Приди мне нежданно на помощь,

Когда лишь в душе тебя звал.

1989

x x x

Ревнуй меня ко всем стихам,

К печалям, радости и боли,

К ночам, что были не с тобою,

К тоске, что пережил я сам.

Ревнуй к касанию огня,

К цветам, к хождению по грани

И ко всему, что сердце ранит

Так значит любишь ты меня!

1990

x x x

Жемчужный день

весны осколок,

Ветрами брошенный в январь,

Еще пора его не скоро,

Не перестроен календарь.

Дыханье влажное пахнуло

На скань берез, лощеный наст,

И перламутровым аулом

Стога надвинулись на нас.

Он, как любой обман на свете,

Пускай невольный и пустой,

Тревожит, как тревожат дети,

Которых рядом нет с тобой.

1991

x x x