- Зачем? - не удивляясь, тихо спросила она. - Все равно уже вымокла...

Так и не взяла берет, и он опустил руку. Рука повисла, как неживая, и в ней два раза качнулся мокрый, отяжелевший берет-раз, два, и затих, будто съежился.

- Если желаете, можете зайти ко мне... Обсохнуть...- сказал голос.

И он увидел, как снова забелели ее зубы, обнажаясь в улыбке.

- Спасибо, -сказала она.- Неудобно как-то...

- Почему? - спросил он, страшно волнуясь, будто от ее ответа зависело неизмеримо важное для него.

- Ну, почему, - сказала она, и стала неохотно объяснять. - Во-первых, мы ведь не знаем друг друга... Совсем не знакомы, понимаете?

Он кивнул, да, мол, понимаю. И решил, что она права, и не стоит спорить, чтобы она не приняла его за нахала. Он совсем не смотрел ей в глаза. И вздохнул:

- А вдруг я пойду к вам, а окажется, что вы жулик, или что похуже неожиданно стала развивать она свою мысль.

- Нет, нет, я не жулик, я инженер, - сказал он, заикаясь. Она посмотрела на него серьезно, помолчала.

- Разве что на минуточку - вдруг сказала она, словно размышляя вслух только обсохну...

- Да,да, только на минуточку.. -глупо поторопился он и смутился. И снова заметил возникшую недолгую ее улыбку. Они уже шагали рядом, когда она спросила:

- А дома ничего не скажут?

- Я один живу, -сказал он. - Совсем один.

- А-а.. - сказала она.

В подъезде она тщательно вытерла ноги о первую ступеньку, и дальше, поднимаясь, вытирала ноги на каждой ступени. Он охотно делал то же самое, и чтобы уверить ее, что это для него обычное дело, стал аккуратно и долго вытирать ноги о тряпку у соседских дверей. Она тихо, приглушенно засмеялась. Он принужденно хихикнул. Потом долго не мог попасть ключом в замочную скважину. Тряслись руки.

- Простудился? - спросила она деловито. Ему показалось - с беспокойством спросила, и сердце заныло сладко и непривычно.