Я еще раз взглянул на каркас и оторопело сел на песок. Начиналась веселая игра под названием «Куда сунуть трубу»…

— Если дружно постараемся, завтра к вечеру сможем отплыть, — размечтался я за вечерним чаем. Сергей скептически ухмыльнулся.

— Твоими бы устами да сгущенку пить, — заметил он.

— Если встать часов в шесть и не сачковать, то к полудню можно закончить со сборкой. Останется привязать камеры, поставить паруса, — горячась, разъяснил я свой оперативный план.

— А продукты, запасы воды, бензин? — остудил меня Сергей.

— Ну, хорошо, в крайнем случае можно отчалить послезавтра утром, — пожертвовал я полусутками. С каждым часом я расставался, как Гобсек с франками.

— Ты что, предлагаешь ночью работать? — не столько возмутился, сколько удивился моей наивности Валера.

— А почему бы и нет. Нам с корабля прожекторы посветят. — Сергей отвернулся, скрывая усмешку. Я чувствовал, что лезу на рожон. В конце концов, выйдем ли мы завтра, послезавтра или через два дня, решающей роли не играло. Но я начал сомневаться, выйдем ли мы вообще. К тому же меня «понесло».

— А спать когда же? У нас ведь кое-кто до сна шибко охоч, — не сдержавшись, уколол Сергей.

— В море отоспимся! Мы, по-моему, плавать приехали, а не животы отлеживать, — попытался я подвести итог дискуссии и, встав, пошел к берегу.

Работал я около часа, но никто ко мне не пришел. Не пришли и через два. Возле лагеря, выбрасывая вверх языки пламени, горел костер, слышались невнятные голоса. Похоже, там обсуждали создавшееся положение. Я постепенно остывал, и мне становилось стыдно за срыв. Подошла Татьяна, постояла минутку и спросила:

— Тебе помочь?

Я отрицательно покачал головой:

— Сам справлюсь.

Дурацкое самолюбие! Ведь я уже понял, что перегнул палку. Но показать свою слабость… Нет, лучше я буду возиться один.

— Если понадобится помощь — позови. Хорошо? — примирительно сказала Таня и повернулась к лагерю.