А капитан Дэвисон решительным шагом устремился через лужайку, по-прежнему об руку с Чэмпионом и по-прежнему сопровождаемый свитой малышей, в тот дальний угол, где ставит свой лоток пирожница миссис Раглз.

- Здравствуйте, матушка Раглз! Что, не узнали меня? - сказал он и пожал ей руку.

- Господи! Да, никак, это Дэвисон-старший? - воскликнула добрая женщина. - Так вот, Дэвисон-старшии, за тобой должок в четыре пенса за пирог с мясом остался с тех пор, как ты убежал.

Дэвисон засмеялся, и вся его гвардия тоже засмеялась в одни голос.

- Покупаю весь лоток, - сказал он. - Эй, малыши, налетайте!

Тут поднялся такой вопль восторга, что далеко превзошел громкостью давешний. Орали все, кроме Свинки Дафа, который сразу же ринулся за сладкими пирожками, но был остановлен Чэмпионом, сказавшим, что все будет разделено поровну. Так и было сделано, и каждому досталась равная доля и пирожков с малиновым вареньем, и божественно сладких монпансье, и польских колбасок, ласкающих и взор и вкус.

Восторженные вопли выманили из дому самого доктора Роззги, он поправил очки на носу и вздрогнул, узнав своего бывшего ученика. И тот и другой покраснели, ибо семь лет назад они расстались отнюдь не друзьями.

- Что? Дэвисон? - дрожащим голосом воскликнул доктор Роззги, Здравствуй, здравствуй, дружище. Вот уважил старика! - И они пожали друг другу руки, - Уроки, конечно, отменяются, мальчики, - добавил он, что было встречено новым взрывом радостных возгласов; в тот день кричали "ура" без конца.