И все тогда, я в цепочке: мне брать, мне отдавать, мне отвечать. Так, захотел, позвонил Володьке: «Пойдем пивка попьем, или погуляем». А так, я ему деньги буду должен, мешать будет это противное обстоятельство. Да и неохота на себя брать, опять она меня использует, за мой счет хочет проехаться, затеяла – пусть делает от начала до конца. И вещи таскать не буду, я ей не грузчик, пусть ищет людей, где хочет. И с деньгами сделаю так, чтобы отстала».

Оля встретила вернувшегося с пробежки мужа словами: «Позвони Володьке!»

– Такие вопросы по телефону лучше не решать! – многозначительно ответил Олег. – Я завтра к нему съезжу».

– Съездишь? – недоверчиво переспросила Оля.

– Сказал, съезжу и поговорю. Все, давай чайку попьем.

3

На следующий день Олег созвонился с другом и встретился с ним в парке. Погодка была чудесная, осень золотая, вечер в начале. Народу мало, ходили по парку, считай, одни. Поговорили о том о сем, бутылку грузинского вина выпили за столиком на улице, как летом, и не холодно в куртках.

К разговору о деньгах приступать не хотелось, но надо.

– Слушай, Володь, тут моя баба надумала квартиру расширять, а денег не хватает. Дайте в долг, – Олег нарочно сказал «дайте», чтобы Володя мог ответить: «Надо с женой посоветоваться». Но тот не стал отгребать в эту сторону, тем самым проявив готовность одолжить деньги. Он просто стал выяснять детали.

– А сколько тебе нужно? – спросил Володя, продолжая расслабленно сидеть на садовой скамейке и глядеть на пруд, как будто предложение отдать другу деньги его не взволновало. Но Олег подготовился к разговору, и так просто всучить ему деньги было нельзя.

– Я ведь не знаю, сколько у вас есть, – ответил Олег, опустив глаза. Он был напряжен, начиналась самая важная часть разговора.

Володя почувствовал некоторую странность ответа. Он спустил ноги с металлического барьерчика, сел на скамейку боком и сказал: