Карбас с ним через час встретился у входа в средней руки гостинице у моря, стоял такой насмешливый, смышленый вычислитель, скрестив ноги в новеньких американских кроссовках, и внимательно читал, теребя бороду, его, Карбаса, газету. То есть газету, в которой Карбас так последовательно и хорошо служил.

- Я Витя Карбас, вы мне звонили, - сказал Карбас, настроенный демократично.

- А я Виталик от Ирины Натановны, - сказал вычислитель.

Карбас как раз тогда уходил из дома, открывал часовое дело, был встревожен, соображал медленно.

- Это Ирина Натановна - такая высокая, глазастая, замкнутая была?.. спросил Карбас, который фамилии Ирины не знал. Не то что не помнил, но не знал, и все. Их любви это не мешало.

- Я, видите ли, знаю эту даму, а точнее - ее сына, в другой период ее жизни, но, вероятно, вы правы, замкнутая - это она. Это есть, - сказал вычислитель, неприятно усмехаясь, у него был волчий профиль, он еще по телефону Карбасу не понравился, но что делать. Право выбора у Карбаса отсутствовало.

- Как она живет? - спросил он низким, хриплым голосом.

- Она не замужем, работает инженером-полиграфистом, Давид учится в десятом классе, спортсмен, сдержан, прост, красив, не гений, очень честен, фамилию носит не вашу, похож на вас, жуткий удар правым голеностопом, - сказал вычислитель.

- Похож на меня?

- Копия, - сказал вычислитель, мельком оценив Карбаса.

"Уж не мент ли подосланный, - подумал тот вяло, но отбросил эту мысль сразу, - ну кому я нужен с этими часами в коробке?"

Сейчас Карбас подумал, что этот мальчик не очень похож на него. Брови и глаза, скажем, его, Карбаса, лоб тоже. А вот скулы, рот, подбородок - совсем нет. Лицо Иры Карбас как бы помнил, но не совсем уверенно, у него были сомнения относительно хозяйки этого лица. То есть он помнил женское замечательное лицо, но не был уверен в том, что оно принадлежало Ирине. Вполне могло быть и так, что оно принадлежало какой-нибудь артистке из понравившегося фильма.