- Тогда за сколько ты ее продашь? Назови цену.

- Раз уж ты спросил, то знай, что тебе она не по карману.

Тут вошла Лиза. Она, судя по всему, слышала наш разговор.

- Я думаю, ты не продаешь свою душу только потому, что ее у тебя нет, - сказала она, едва сдерживая ярость. - Да, ты убедился, что все мы продажны, но это лишь доказывает, что мы люди, и у нас есть души, наши слабые души. У тебя же нет никакой.

- У меня есть душа, - засмеялся он. - Вот здесь.

Он помахал листком бумаги. Лиза протянула к ней руку.

- Это не твоя душа. Это моя!

- Уже не твоя, - заметил Джордж, отодвигая руку с листком подальше от девушки. - Она принадлежит мне, целиком и полностью.

Тут меня осенило.

- Послушай, Джордж, если эта душа "твоя", и ты ее сейчас продашь, это будет означать, что каждый в нашем одиннадцатом классе продал свою душу. Правильно?

- Да вроде-бы так.

- Так что если ты уступишь ее Лизе, ты выиграешь спор, а Лиза получит свою душу обратно.

- А тебе не кажется, что логика у тебя какая-то кривая? - рассмеялся Джордж.

- Может быть, - пожал я плечами. - Так что, идет?

- Гм, вообще-то она мне успела очень понравиться, - сказал Джордж, поглядывая на бланк. - Но раз уж без этого не выиграть пари...

Лиза осторожно протянула Джорджу доллар, а другой рукой взяла бланк со своей подписью.

- Итак, Джордж, - заключил я, - ты доказал, что также продажен, как и все мы. В конце концов и ты продал свою душу.

- Вообще-то на самом деле это была не моя душа, - заметил Джордж. То была душа Лизы.

- Ах, теперь это уже моя душа, - сказала Лиза. - Выходит, на деле ты не продал по-настоящему свою душу. Что ж, очень скверно для тебя. По-моему, в итоге ты проиграл свое дурацкое пари!

Джордж начал бормотать что-то о технических деталях. Мы с Лизой переглянулись и расхохотались.

- Да брось, Джордж, признай факты. Ты проиграл, и прекрасно это понимаешь.