В ту же ночь Дольчино с небольшим отрядом покинул город.

Двое суток он вёл людей по лесным дорогам. На третий день утром впереди показалась широкая полоса реки. Недалеко от большого селения Гаттинара братья отыскали паром и переправились на другой берег Сезии.

Пройдя с полмили вверх по реке, они вышли к старому монастырю францисканцев. Его массивные каменные стены виднелись сквозь чащу, нависая над тропой. Непролазный терновник и отвесные скалы окружали обитель с трёх сторон.

Оставив отряд на опушке леса, Дольчино и Паоло подъехали к монастырским воротам. В узком оконце показалось заспанное лицо монаха-привратника.

— Мы привезли настоятелю письмо епископа. — Паоло показал францисканцу пергаментный свиток.

Привратник подозрительно оглядел незнакомцев.

— Сегодня день Еваристо, могли бы явиться и попозже. Отец Мартиний всё равно не выйдет до заутрени.

— Это важная бумага, — возразил юноша. — Надо передать её немедленно.

Монах лениво покачал головой, но с места не тронулся.

— Пошевеливайся, чёртов адвокат! — сердито произнёс молчавший до тех пор Дольчино. — Non fac attendere legatum papae

Магические слова латыни оказали воздействие.

За стеной загромыхали тяжёлые запоры. Дольчино и Паоло поспешили в открывшуюся калитку.

— Чёртов сын, ты вздумал глумиться над добрыми христианами! — напустился Паоло на несговорчивого монаха. — Или полагаешь, достаточно напялить рясу, чтобы уберечься от греха? — Он схватил привратника за шиворот и дал ему сильного пинка.