Верхнее отверстие каземата находится так высоко, что дотянуться до него без помощи лестницы нет никакой возможности. А боковая дверка каземата, как уже упоминалось, завалена камнями с наружной стороны и приоткрывается всего лишь на несколько сантиметров.

Положение кажется почти безвыходным... Но тут у Брагина мелькает вдруг мысль: зачем немцам понадобилось ставить здесь мину замедленного действия? Кого они хотят взорвать? Кто полезет в этот бетонированный, спрятанный в кустах колодец?

Конечно, сюда может совершенно случайно провалиться кто-нибудь вроде него, Брагина, но вряд ли придет кому-нибудь в голову использовать этот каземат для жилья. При наличии других, более удобных помещений, это маловероятно. Должны же были считаться с этим немцы? Да, должны, конечно. Разве же целесообразно использовать сложную мину замедленного действия для уничтожения одного-двух человек?

А между тем часовой механизм замыкателя продолжает четко отмеривать секунды, значит, мина для чего-то предназначена же?

Мысленно представив расположение соседних блиндажей, Брагин приходит вскоре к мысли, что один из них, самый большой, в котором работал его взвод, должен довольно близко примыкать к этому каземату. Может быть, заваленная камнями дверь как раз и ведет в него?..

Он соображает теперь, что в этом глухом каземате поставлен, видимо, лишь часовой взрыватель, чтобы скрыть его от саперов, а сама мина находится в самом большом и самом удобном для размещения людей блиндаже.

Старший сержант вытирает холодный пот со лба. Взрыв теперь хотя и не угрожает ему непосредственно, но беда может быть гораздо большей. Он знает, что сюда уже движутся подразделения второго эшелона и на рассвете, а может быть, и раньше они займут заминированный блиндаж.