Эльдар. А вычислительная техника, которой ты собираешься посвятить свою жизнь?

Валя. Муть.

Эльдар. Ты же способный человек.

Валя. Не начинай с утра. Давай про тюрьму... Знаешь, о чем я думала, когда лежала, а ты брился?

Эльдар. Нет, не знаю.

Валя. Придумывала какой-нибудь способ удержать тебя навсегда.

Эльдар. Придумала?

Валя. Хорошо бы, конечно, если бы ты был похуже...

Эльдар. Внешностью?

Валя. Хотя бы...

Э л ь д а р. Будь я похуже, ты бы просто не обратила на меня внимания.

Валя. Ничего ты не понимаешь. Внешность мужчины не имеет для меня никакого значения.

Э л ь д а р. Ну, тогда ум! Из-за чего-то я же тебе понравился?'

Валя. Знаешь, что я подумала, когда мы с тобой познакомились?

Э л ь д а р. Нет.

Валя. Как жаль, что он такой умный, подумала я. И тут же потеряла к тебе всякий интерес.

Э л ь д а р. И что же меня спасло?

Валя. Когда стало известно, что ты на двух лекциях заменишь Бармалея, наши все чуть с ума не посходили от восторга. Особенно девчонки.

Э л ь д а р. Теперь все ясно - ты пала жертвой моей славы?

Валя. Я очень огорчилась, когда мне объяснили, какой ты знаменитый.

Э л ь д а р. Это еще почему?

В а л я. Я видела тебя пару раз в коридоре и обратила внимание на твое лицо.

Эльдар. Еще бы!.. Значит, все же внешность сработала? Женщина есть женщина. Не ум, не слава, а именно внешность!

Валя. Какое странное лицо, подумала я. Взрослое, умное и... совершенно беспомощное, как у заблудившегося ребенка.

Эльдар. Ты это брось. У меня сильная, волевая внешность.

Валя. Да, конечно. Но где-то там, в глубине, сидит ребенок. А потом, когда ты вошел в аудиторию, такой снисходительно-уверенный, как... популярный конферансье в сельском клубе...

Эльдар. Почему конферансье? Могла бы подыскать более приятное сравнение.

Валя. Популярный баритон тебя устраивает?