А бабка Ворониха уже смертную наволочку распотрошила, приготовилась деда обмывать, обряжать. Но покойника все-таки увезли, а в Москву отбили простую телеграмму. На срочную денег не было. Внуки приехали на третий день, и их сразу, можно сказать, с поезда повели в подвал больницы. Только Игорь задержался – брал у бабки Воронихи ту самую наволочку с дедовским костюмом и бельем «на случай» и оставлял во времянке их дорожные сумки. В общем, это были экспресс-похороны, если не считать предшествующего им лежания деда в морге. Всю формалистику со справками, гробом и местом на кладбище одним махом заранее решила Зойка. Села на машину и съездила туда-сюда. Вручила все Игорю, когда он брал костюм. На этом свое участие в этом деле Зойка посчитала законченным и даже к моргу не пошла. У нее как раз работали печники, перекладывали «уникальный очаг».

Сейчас Оля разглядывала этот нелепый дом. К двери веранды вели положенные гипотенузой доски, а крыльцо стояло отдельно само по себе. Уже были вырыты канавы для водопроводных труб. Замуровывались два окна, а витражные стекла лежали прямо на земле. Оле это все было безразлично. Она думала о том, что происходит во времянке. Нет, Вера все-таки ужасный человек! Три дня тому назад, когда выяснилось, что деда хоронить некому, Вера вызвалась ехать одна.

– Нет уж, нет уж! – сказала мама. – Езжайте вы тоже! Иначе нам всем потом не спастись от этих ужасных женщин. Заклеймят!

А перед самым отъездом тетя Надя позвонила маме:

– Я велела Вере забрать деньги или изъять сберкнижку. В конце концов, это наше.

– Ваше? – возмутилась мама.

В ответ тетя Надя, видимо, засмеялась, потому что мама сказала им с Игорем:

– Она меня спровоцировала, и я попалась, как девчонка… В общем, если найдете деньги, они должны быть поделены пополам. Игореша, это противно, я понимаю, но возьми все на себя…

– А где их искать? – насмешливо спросил Игорь.

– Боже! Откуда я знаю? – воскликнула мама. – Бедные мои ребятки! На что я вас толкаю?